Страна непуганых КСО, прибавка для учителя – давайте все вместе посмеемся
Notas do episódio
Спасатели, полицейские, учителя и прочие бюджетники получили прибавку к зарплате и теперь бунтуют, Rail Baltica опять перенесли, а клиенты кредитно-сберегательных обществ остались у разбитого корыта. Обсуждаем новости недели в подкасте «Делов-то!».
В студии журналисты ДВ Дмитрий Фефилов, Ярослав Тавгень и Алексей Шишкин.
Представители профсоюза возмущаются прибавкой к зарплате, которую в следующем году пообещала учителям, полицейским, спасателям и работникам культуры министр образования и председатель партии «Ээсти 200» Кристина Каллас. Прибавят по 3% всем четырем категориям. По мнению самих бюджетников – прибавка смехотворная. Но Каллас настаивает – на большее средств в бюджете просто нет. Верим ли министру? И действительно ли повышение на 3% это так мало?
Клиенты обанкротившихся кредитно-сберегательных обществ продолжают считать потери. Бывший руководитель Eesti Arengu Hoiu-laenuühistu Максим Сорокин четыре года не давал публичных объяснений, но тут признался: «У меня этих денег нет. Мне нечем возвращать им долг». Через другое, Тартуское КСО некоторые компании привлекли сотни тысяч евро, но, по их словам, воспользоваться всеми этими деньгами так и не смогли. Теперь кооператив – банкрот, а обязательства перед владельцами облигаций остались у эмитентов в полном объеме. Такие проблемы с КСО – это системная ошибка государства, позволившего таким финансовым институциям существовать? А может все дело в клиентах, погнавшихся за большей выгодой?
Предприятия и самоуправления, расположенные вдоль будущей трассы Rail Baltica от Таллинна до Пярну, разочарованы очередным переносом запуска ж/д трассы аж на 2034 год. Но премьер Михал настаивает: нынешние сроки разумные и взвешенные. Они позволят не бежать впереди соседского паровоза, обеспечить работой строителей и выгодно потратить субсидии ЕС. А может проще уже свернуть всю эту железнодорожную тягомотину?
Угроза со стороны России в последние годы стала больше – или это медиа-иллюзия? На вопрос отвечает министр внутренних дел Игорь Таро, своими мнениями делятся и журналисты ДВ.